Лина-монстр,Гаури-пень,Кселлос-подлый как олень,Зел-беспощадный воин-маг,Амелия-злодеям враг,Филия кувалдой мочит,Вальгаав вообще хохочет! Пусть они и не подарок,пусть не воины из "крутых",всё равно же мы их любим! Любим-любим-любим их!
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:54 

Я это сделала!!!

Ameliya
Вот...Slayers круче!!! :cool:

@музыка: Give a Reason

@настроение: Круто!!!!!!!!!1

21:20 

Ксина
Привет всем!
Из Рубак мне больше всех нравится Зелгадис и Кселлос! J Да и Лина тоже…вообще все нравятся отдельно! По-своему все хороши! Жаль только не каждый день удаётся посмотреть это анимэ L Вонючая музыкалка!!! Будь ты проклята!!! Нужно срочно найти фильм на дисках…мммм…щас тут напишу скаченный фанфик по Slayers! Писала не сама
БЕЗУМНЫЙ ДЕНЬ, ИЛИ СВАДЬБА АМЕЛИИ.


Меньшую дочь он выдавал
За князя храброго:
А. С. Пушкин

А ему говорю: ну посмотри, она же дура!
А он отвечает: <Да, но зато какое тело!>
Фраза из кинофильма <Ты есть>

День был изумителен. Давайте не будем живописать праздничное сияние солнце, нежные пятна тени, ложащиеся на землю от пышной летней листвы, высокое небо с пронизанными светом пухлыми нежными облаками: Зачем тратить слова на то, что уже было описано до нас неоднократно и, вне всякого сомнения, будет описано еще тысячу раз?.. Не лучше ли обратиться подробнее к чувствам одинокого мечника, стоящего на вершине зеленого холма, в окружении кустов боярышника?
Нет, не лучше, потому что человек этот (с большой натяжкой, заметим, человек) не чувствовал в данный момент ни хрена, кроме легкого раздражения. Красота прелестного золотого утра была ему до лампады.
Над ним, каркая, кружилась какая-то птица. Он вскинул голову и смерил ее задумчивым взглядом. Потом отступил на шаг в сторону.
Белый ошметок шлепнулся ровно на то место, где он только что стоял.
<Вот в такие моменты, - подумал Зелгадис Грейвордс, - я готов признать жизнь относительно сносной>.
Он вздохнул и начал спуск с холма - прямо к Сейруну. Это место вызывало у него смешанные чувства. С одной стороны, он вообще недолюбливал большие и светлые города, отчасти - не без основания - считая, что подобным ему в них не место. Если он и мог выносить человеческое жилье, то - маленькие деревушки в горах, жители которых смотрели на него с суеверным страхом, а потому никогда не посмели бы проявить неуважение. Таких нечего было опасаться.
Кроме того, конкретно с Сейруном у Зела были связаны не самые приятные воспоминания. Если вспомнить, как их гоняли местные мазоку: Столица белой магии, называется!..
А с другой стороны - сторон всегда как минимум две, не так ли? - было еще кое-что, вызывающее в нем по крайней мере смешанные чувства. И это что-то:
Правильно ли он вообще сделал, что пришел сюда?.. Незапланированный визит отвлек его от странствий, заставил нарушить драгоценное одиночество. Но: даже если он выбрал иной путь, отличный от пути тех, кого он называл своими друзьями, кто сказал, что им не следует больше встречаться?.. Иногда Зел ловил себя на мысли, что дорого бы отдал, чтобы увидеть кого-то из них. Особенно:
Но здесь он себя решительно оборвал. Еще чего не хватало! Глупость, известно, заразна, но заразиться самым глупейшим из всех сортов глупости:
-Давненько я тут не бывал, - слегка улыбнулся он.
Казалось бы, такое простое телодвижение - и так много может значить. Только самый ненаблюдательный зритель в Четырех Мирах мог бы сказать, что конкретно вот эта вот улыбка была добродушной. Спокойной - да.
Собственно говоря, Зелгадис с трудом мог припомнить последний раз, когда искренне смеялся. Кажется, это было связано с Линой: или с Амелией?
Он ускорил шаг.
В чем угодно можно было обвинить Бессердечного Мечника - но только не в трусости. Любой намек на это чувство он подавлял в себе целеустремленно и безжалостно. А значит, не могло идти и речи о том, чтобы отложить или вовсе отменить визит в Сейрун только оттого, что он, Зелгадис Грейвордс, чего-то боится.
...В таких местах, наверное, даже погода всегда благоприятствует <добру и справедливости>. Не то аура такая, не то теплые ветры с моря всему виной, но Зелгадис ни разу не мог припомнить, чтобы над Сейруном сгущались тучи или пролился хоть сколько-нибудь стоящий дождь. И это тоже угнетало. Шаман любил пасмурные сумерки. Не потому, что он был таким уж мрачным (хотя и это тоже), а просто потому, что в дождь на дорогах меньше людей.
Наглядную иллюстрацию своим мыслям он получил тут же: на дороге, вливающейся в Третьи Ворота, царила теснота и давка, свойственная большим скоплениям людей. <Все-таки, наверное, надо было отложить, - подумал Зел, пролезая едва ли не под брюхом кобылы какого-то зажравшегося купчика - кобыла, как и следовало ожидать, нервно скосила на него глазом и порывалась встать на дыбы, - сколько народу! Праздник у них тут, что ли?>:
Как выяснилось - таки да, действительно праздник. Третьи ворота, даром что не Главные, украшали цветные флаги и лены, караул - блестяще надраенные кирасы и подозрительно просветленные лица. В белом до отвращения Сейруне стражники славились своей трезвостью, однако эти выглядели и вовсе сверхъестественно подтянутыми.
Уплачивая пошлину за вход (много ли возьмешь с пешего!), Зелгадис между прочим поинтересовался у сборщика:
-Почтеннейший, что это за столпотворение? Праздник? Не припомню никаких больших праздников в этом месяце.
-О! - разговорчивый старикашка с жидкой седой бороденкой поднял вверх узловатый указательный палец. - Еще какой праздник! Наш обожаемый принц Филионел, - от избытка чувств он чуть не прослезился, - выдает замуж свою дочь!
-Э: - сказать, что Зелгадис удивился, значит, ничего не сказать. - Которую?
-С некоторых пор, - вздохнул старикашка, - у его высочества только одна дочь - милосердная принцесса Амелия. Пожалуйста, проходите, не задерживайте очередь.
Зелгадис выбрался из толпы у ворот с чувством, что произошла какая-то ошибка. Амелия выходит замуж? Но ей же всего шестнадцать! Или семнадцать?.. Сколько-то времени он пытался вспомнить точный возраст принцессы, но не преуспел и только махнул рукой. В любом случае, когда они расстались последний раз, она выглядела сущей девчонкой. Всего-то два года прошло. Уже замуж: За кого, интересно?
<За этим она и звала!.. - запоздало осенило Зела. - На свадьбу. Так вот как понимать фразу: <я бы очень хотела вас всех увидеть>. Ну что ж, надеюсь, все пройдет без разных эксцессов, и никакой идиот не попытается это мероприятие расстроить. А у меня даже подарка нет>.
Так или иначе, надо было идти во дворец. Можно было, конечно, сначала прошерстить две-три ювелирные или магические лавки, однако: <Что я могу подарить наследной принцессе такого, чего у нее нет?> Зел сунул руку в карман, вытащил оттуда потершуюся розовую ленточку, задумчиво поелозил ее в пальцах. Да: тоже подарок тот еще. Но Амелия тогда вздумала, что он должен непременно иметь что-то на память. Еще так упрашивала взять. Отказать не хватило духу, хотя он был уверен, что потеряет.
Не потерял.
Убрав ленточку назад, Зел твердыми шагами направился ко дворцу. Подарка нет - так хоть поздравить надо побыстрей. Амелия будет рада ему. Это одновременно и раздражало, и влекло. Раздражало - потому что он не был до конца уверен, что положено чувствовать, когда кто-то тебе радуется. Влекло: ну, влекло просто потому.
Стража пустила его без разговора. И почти сразу на входе ему вежливо отрекомендовался мажордом, предложил проводить в его покои. Раздражение почему-то усилилось. Зел не понял почему, пока не остался в роскошных гостевых апартаментах один одинешенек, снабженный весьма полезной информацией о том, когда будет обед и как надо дергать за колокольчик для вызова слуги. А когда понял, то не знал, злиться ему или смущаться. Оказывается, подсознательно он ждал, что Амелия выбежит его встречать ко входу, завопит какую-нибудь глупость и кинется его обнимать: нет, обнимать не кинется, а остановится шагах в пяти, сожмет на груди кулачки и начнет проникновенно вещать о том, как рада его видеть. Еще и речугу какую-нибудь толкнет на тему справедливости.
<Она была потрясающе открытым ребенком, - подумал он, стоя на балконе и глядя в ровно подстриженный дворцовый сад, похожий на лабиринт, - она даже убедила себя в том, что влюблена в меня. Красавица и чудовище: просто нонсенс. Думаю, она почти не изменилась: может, стала чуть сдержанней. Такие, как она, просто не способны меняться>.
-Зелгадис? - он обернулся. - Как же я рада вас видеть![Автор прекрасно осведомлен, что Амелия называет Зела <Зелгадис-сан>.Просто решил выпендриться и найти эквивалент] Я не хотела вас тревожить, когда вы с дороги, но у меня просто не будет другого времени, вот я и:
Нет, он сразу понял, что Амелия изменилась очень сильно. Во-первых, она подросла, и была теперь, пожалуй, даже повыше Лины. Во-вторых, волосы у нее отрасли, и она уложила их в какую-то довольно сложную прическу на затылке, причем - зачем женщины это делают? - украсила ее нитками жемчуга. Но в остальном наряд ее остался почти таким же, только без плаща.
Когда он обернулся от окна, то на мгновение у Зела даже дыхание перехватило - в золотых солнечных лучах, среди белизны комнаты и балкона, она выглядела юной, неопытной богиней, каким-то неземным существом.
В следующую секунду наваждение прошло. Это была все та же Головная Боль Амелия, наивная и непробиваемая.
Определенно, теперь на четырнадцать она не выглядела. Но и настолько взрослой, чтобы выходить замуж - тоже.
-Я тоже рад тебя видеть, Амелия, - Зелгадис постарался, чтобы голос звучал как можно более тепло. Кажется, не получилось.
-Я так торопилась, что даже жемчуг из волос не вытащила! Мне как раз тренировали прическу к свадьбе.
-Да, поздравляю.
-А! - Амелия покраснела. - Понимаете, тут: особо не с чем поздравлять. Мой жених - весьма достойный человек, но это династический брак, ничего личного.
-А как же справедливость? - Зелгадис не мог удержаться от иронии.
-Ради справедливости можно и замуж выйти разок другой, - ответила Амелия, вздернув подбородок. - Я это однажды сказала, и с тех пор ничего не изменилось.
-С каких <тех пор>? - Зелгадис выглядел сбитым с толку.
-Не берите в голову, это еще без вас было! - махнула Амелия рукой. - Мы тогда Лину замуж выдавали, но не выдали . А вот мой брак принесет очень много пользы обоим королевствам.
-Я не знал, что Сейрун нуждается в брачной дипломатии для упрочения своего положения.
-Дружеские связи между государствами никогда не бывают лишними! - патетически провозгласила девушка. И тут же слегка сникла. - И кроме того: Понимаете, в связи с той провалившейся экспедицией во Внешние Земли наша репутация оказалась несколько подмоченной. Это немного беспокоит отца. Я решила помочь ему увеличить престиж нашего города.
Ветерок прошелестел по балкону, шевельнул челку Амелии, тронул светлый плащ Зелгадиса, и, бессильный пошевелить его светло-голубые волосы, унесся прочь.
-Надеюсь, ты будешь счастлива, - просто сказал он. - Помнится, ты мечтала стать невестой.
-Д-да:
-Кстати, ты же пригласила и Лину с Гаури, да?
Амелия кивнула.
-Они уже прибыли?
-Нет. Вестник сказал, что передал приглашение им прямо в руки, но они до сих пор не объявились, а церемония уже завтра: Может быть, их что-то задержало?
-Надеюсь только, не очередной монстр, - пожал плечами Зел. - Их и так уже мало осталось, жалко вымирающую фауну.
Амелия слабо - на удивление слабо! - улыбнулась. И даже никак не отметила тот факт, что ее обычно столь хмурый собеседник в кой то веке разродился шуткой.
<А она не выглядит счастливой, - подумал Зел. - Интересно, почему? Может быть, ей неудобно разговаривать со мной? Может быть, она жалеет, что вообще меня пригласила?.. Конечно, она постоянно твердила, что ей плевать на мою внешность и все такое, но: Или внешность тут совсем не причем? Скорее всего, ей неловко за то, что когда-то она имела глупость влюбиться в меня из-за дурацкой жалости. Девочка повзрослела>.
Зелгадис шагнул вперед и положил руки ей на плечи.
-Послушай, Амелия:
:И сразу же руки убрал.
Нет, она не вырывалась. Она сделала какой-то жест: какое-то телодвижение, как будто хотела вырваться, но удержала себя. Даже если ей не неприятно его прикосновение: да кто, Шабранигдо раздери, понимает, что твориться у женщин под прическами!
Но он не собирается навязываться. Не хочет она говорить по душам - не надо. В конце концов, она была и остается романтичной дурочкой с кашей в голове. Хочет мучиться вместо того, чтобы во всем разобраться - кто он такой, чтобы мешать этому похвальному намерению?
Итак, он убрал руки и отступил.
Амелия слегка вымученно улыбнулась.
-Я: хотите посмотреть портрет моего жениха?
Ну что можно сказать на такое предложение?.. Разумеется, Зелу пришлось ответить согласием, хотя, по его мнению, ничего глупее невозможно было придумать. Зачем, спрашивается, ему любоваться на льстивый портрет этого женишка, когда он завтра на церемонии увидит его во всей красе?
Портрет стоял в одной из комнат Амелии, трогательно украшенный розовыми бантиками. Зелгадис почувствовал легкое смущение - даже от Амелии он подобного не ждал. Однако по тому, как она покраснела и решительно сорвала непотребство, он сообразил, что увидел самодеятельность одной из служанок. Что ж: Банты, пожалуй, были самой привлекательной деталью картины.
-Довольно-таки: нормальный молодой человек, - только и мог сказать Зелгадис.
Пожалуй, и говорить-то больше было нечего. Обычно наследных принцев на портретах стараются приукрашивать, однако этот конкретный художник, очевидно, пошел по пути сурового реализма. Абсолютно ничем не примечательная внешность. <Зато кожа у него нормального цвета, и без каменных наростов>.
-Д-да: - Амелия опустила глаза.
-А, привет! - прозвучало у них за спинами.
Амелия и Зел резко обернулись, причем последний положил руку на эфес меча. Но никакой опасности человек, внезапно объявившийся позади них, не представлял, ибо это был лучезарно улыбающийся Гаури.
-Гаури! - Амелия таки кинулась мечнику в объятия, и даже Зел не мог сдержать приветственного возгласа. Все-таки приятно было увидеть старого боевого товарища.
<Почему она бросилась обниматься с ним?>
-Привет, малышка! - Гаури приподнял Амелию, потом опустил на пол и потрепал по голове. - И тебе привет, Зел. Как дела?
-Не дождетесь, как принято отвечать в таких случаях, - он снова позволил себе чуть улыбнуться.
- А где Лина? Она придет попозже? - Амелия так и излучала энтузиазм.
-Э, нет, она:
-И: Гаури, как вы нашли мою спальню?
-А это твоя спальня? - он оглянулся с таким видом, как будто впервые заметил окружающую обстановку - деталь, в которую Зел не вполне поверил, потому что для война такая невнимательность была непростительной. - Я просто гулял по дворцу: Тут легко заблудиться можно! Вы никогда не думали поставить таблички с указателями? - потом Гаури похлопал глазами и выдал. - А что тогда Зел делает в твоей спальне? Я думал, это положено после свадьбы, а не до:
-Гаури: - принцесса явно смутилась, но ответила на удивление терпеливо. - Мы просто смотрели портрет. Я выхожу замуж не за Зелгадиса.
-Да? - наемник неподдельно изумился. - А за кого же?
-В любом случае, мне пора идти, - Зелгадис развернулся к выходу. - Амелия, ты не против, если я пороюсь в дворцовой библиотеке? В прошлый раз как-то не до того было.
-Да, конечно:

Спустя два часа случилось невероятное. Гаури отыскал Зела в библиотеке!..
Сама мысль о том, что наемник может зайти в сие хранилище знаний не по ошибке кажется буквально кощунственной для тех, кто его знает, но факт остается фактом - так случилось.
Гаури бесцеремонно хлопнул друга по плечу - впрочем, предусмотрительно соизмеряя силу, чтобы потом не трясти отбитые пальцы.
-Еще раз привет, Зел! Ну и идиотски себя ведешь!
-Кто бы говорил, - фыркнул маг.
Однако если Гаури желал высказаться, его не так-то просто было сбить с мысли.
-Нет, ладно еще, что не ты женишься на Амелии, - хотя это тоже с твоей стороны просто глупость - так еще и ведешь себя с ней по-свински!
-Я себя веду как всегда.
-Не-а. Ты грубишь. А мне бабушка говорила, что с девушками надо быть всегда вежливыми.
Зелгадис молча встал и захлопнул книгу. Направился к выходу.
-Ты куда? - удивился Гаури.
-Все равно ты не дашь спокойно почитать.
-Точно! - наемник ударил кулаком по ладони. - Вот я и говорю, что ты грубишь!
Зелу оставалось только вздохнуть.
Гаури действительно от Зела не отстал - все шел за ним следом по лестнице наверх (библиотека располагалась в подвале) и бубнил:
-А Лина так радовалась, когда услышала о свадьбе в Сейруне, говорила, что ты наконец-то образумился и избавился от своих бзиков. Она, наверное, разочаруется: Особенно, потому, что они с сестрой поспорили аж на тридцать золотых, что Амелия тебя на себе женит:
Зелгадис резко к нему обернулся:
-На твоем месте я воздержался бы излагать мне подобные слухи! - прошипел он сквозь стиснутые зубы. - Моя личная жизнь - не предмет для спора!
-Извини: - Гаури выглядел растерянным. - Вообще-то Лина велела тебе ничего не говорить, да я забыл:
-Так где все-таки Лина?
-А, она:
Договорить мечник не успел. Они уже довольно давно слышали сверху какой-то невнчтны шум, но сейчас в этом шуме, который вполне мог бы сойти за обычную предпраздничную суматоху, послышались отчетливые возгласы:
-Тревога, тревога! - донеслись сверху крики множества голосов и топот множества ног, и оба воина схватились за эфесы мечей. - Принцесса пропала!
Потом, чуть позже:
-А в чулане с сахаром ты смотрел?
Зелгадис вздохнул и меч опустил.
-Ты чего это? - не понял Гаури.
-Наверняка сама сбежала, - скучающим тоном пояснил Зел. - Любому было ясно, что у нее душа не лежит к этой свадьбе.
-А что, ее похитить не могли? Тут же постоянно какие-то дрязги за трон, насколько я помню:
-Как там говорила Лина? <Когда даже ты говоришь что-то умное, я начинаю волноваться:>
-Да, я такой! - гордо ответил Гаури. - А ты, конечно, умник и все такое, но разве ты не понимаешь, что как раз сейчас Амелия костьми ляжет, а свадьбу до конца доведет? Так что ее все-таки похитили.
-Откуда такие познания в психологии Амелии? - тон Зелгадиса был уже не просто усталым, а замогильным.
-Женщины, - Гаури с таинственной улыбкой приподнял одну бровь.
Зелгадис сглотнул. Только теперь он понял весь смысл фразы Лины. Ему стало действительно, по-настоящему, очень-очень страшно. Определенно, наступал конец света
В следующий момент он пребольно дернул Гаури за волосы.
-Ауч! За что, ты:?!!!
-Проверял, не маскировка ли ты Кселлоса.
Гаури почесал в затылке и изрек:
-Думаю, если бы Кселлос носил парик, он бы его надежно приклеивал.
<И что я хотел доказать этой глупой выходкой? - думал Зел, плетясь за решительно взбегающим по лестнице товарищем. - Кселлос на такой ерунде не завалится. С другой стороны, даже Кселлос не может подделываться под такое:>

Как выяснилось, Амелию действительно похитили. Произошло оное знаменательное действо во время примерки свадебного платья, где-то между тремя и четырьмя часами дня. Точнее сказать никто не мог, потому что три портнихи и две фрейлины сначала просто решили, что невеста потерялась в многочисленных кружевах, и тревогу не поднимали, ожидая, пока она сама вылезет.
Услышав это, Зел сперва подумал, что все пять женщин - чокнутые (ох и богато же на них Сейрунское королевство!), но ему разъяснили, что нет, все логично: на предыдущих примерках такое уже случалось.
Принц Филионел едва ли не рыдал, сидя на крохотном стульчике в примерочной:
-Ведь такая же: вот маленькая же: на ручках: на коленках: - сморкался он в огромный носовой платок.
Зелгадис с Гаури наблюдали эту сцену в растерянности. Плачущий гигант - и вовсе зрелище не для слабонервных, а уж если он при этом комкает в кулачках белую кофточку, которая ему самому едва на руку налезет, то это вызывает какие-то смутные ассоциации с сентиментальным маньяком.
Кофточка принадлежала Амелии - она сбросила ее перед тем, как примерять платье.
-Найдите мою дочь! - высморкавшись по ошибке в кофточку, а не в платок, Фил обратил внимание на безмолвно замерших друзей. - Найдите ее, пожалуйста! Разумеется, я заплачу.
-Если вспомнить: - Гаури задумчиво потер подбородок, - вы нам с Линой так до сих пор и не заплатили за ту разборку в пещере:
<Нет, это точно Кселлос, а не Гаури>, - твердо решил Зел.
-В этот раз я точно заплачу! - торопливо воскликнул Фил. - Честное королевское!
-Вы не король, а принц, - холодно напомнил Зелгадис. - К тому же я трижды подумал бы, прежде чем давать веру слову короля.
-Ну тогда честное слово пацифиста, заверенное любовью ко всему живому!
-Как бы то ни было, мы и раньше собирались искать Амелию, - пожал плечами Зел. - И мы ее найдем, будьте уверены.
<Хотя бы для того, чтобы я лично мог оторвать этой чертовке голову, за то, что дала кому-то себя похитить!>

Сейрун - королевство богатое, и у принца его возможностей много. Однако он сходу сделал самое глупое, что только можно было сделать: позволил протечь в город потрясающей новости о том, что принцесса Амелия исчезла накануне свадьбы. Народное мнение на этот счет разнообразием не отличалось: сбежала с тайным поклонником. Впрочем, молва ей только сочувствовала, и недоумевала странному поведению принца: Филионела в городе любили, и мысль о том, что он мог принуждать единственную оставшуюся дочь к постылому браку, в головах не укладывалась.
Стоит ли удивляться, что весь Сейрун был взбаламучен снизу доверху, и заниматься в такой ситуации поисками принцессы не представлялось возможным?
Что могли, Зел с Гаури сделали. Во-первых, Зел вызвал духов астрала и попросил их показать принцессу, но духи что-то заартачились: не то выходной взяли, не то не хотели лишний раз соваться в место, где Амелия теперь находилась. Во-вторых, оба наемника еще опросили фрейлин и портних. Выяснилось, что принцесса во время примерки была задумчива, молчалива - на нее совсем не похоже. Нет, вылезти из платья сама она никак не могла, да и как бы она выбиралась из дворца в дезабилье?.. Нет, они не почувствовали, когда именно принцесса исчезла: платье жесткое, форму держит, а вверх они тогда не смотрели - занимались подолом.
-Простите: Я чего-то не понял: - задумчиво поинтересовался Гаури. - А зачем тогда вообще нужна эта примерка? То есть, зачем нужна принцесса в платье?
-Вам, мужчинам, не понять! - гордо заявила несгибаемая пожилая портниха с пучком волос на затылке.
Далее настала черед дворцовой стражи и магов. Нет, никто из них ничего не видел и не чувствовал. Нет, принцесса им никаких странных распоряжений не отдавала и никто не отдавал. Что они думают по поводу брака принцессы? Нам думать не положено, пусть за нас принц думает:
-Тогда кто же в этом королевстве думает вообще?.. - грустно спросил Зелгадис, устало присаживаясь на ступеньки одной из лестниц в той части дворца, что отдана была под хозяйственные надобности.
-Разумеется, мы с тобой! - хлопнул Гаури друга по плечу.
-Оно и видно: Ладно, мне все ясно.
-Как это? Нам же никто еще ничего не сказал!
-Нам сказали все, что надо: Никто не заметил ничего подозрительного, никто ничего не почувствовал. Никаких магических следов, даже в астрале. Отсюда вывод: Амелию похитили мазоку. И я, кажется, даже знаю, какой именно.
-Какой? Неужели: Шабранигдо?!
-Если бы. Эй, Кселлос, покажись!
-Э: Зел, а не кажется ли тебе, что ты слишком на нем зациклился? - осторожно спросил Гаури [Возможно, Гаури тоже что-то слышал о яойных фанфиках по <Рубакам>.].
-Я точно знал, что это и есть ты! - Зел схватил наемника за грудки. - Гаури просто не мог знать таких слов!
-Эй! - Гаури скинул его руки. - Кончай считать меня тупее, чем я есть! Что такого в слове <кажется>?..
-Я имел в виду <зациклился>: - вздохнул Зелгадис. - Ладно, промах. Извини. Надо попробовать другую версию.
-В этом нет необходимости, - прозвучал откуда-то из-под потолка приятный голос. - Вы как всегда совершенно правы, Зелгадис. Нашу милую Амелию действительно похитил я.
-Ты где? - заозирался Гаури.
-Можешь мне сказать, зачем? - сухо поинтересовался Зелгадис.
-Не, я не понял, откуда голос?..
-Соре ва:
-Если ты еще раз скажешь это слово, то я тебя размажу по ближайшей стенке! - прорычал Зел. - И мне будет уже все равно, какой ты там мазоку и сколько раз ты спасал бездомных детишек!
-Но я не спасал бездомных детишек!
-Вот я и говорю, что мне все равно!
-Эй, Ксел, ты где прячешься?
-Я ухожу! - прозвучал из неведомых высей гордый и просветленный голос. - Я ухожу, и пусть вам будет стыдно за такое недружеское ко мне отношение!
-Стой, скажи сначала, что!
-В смысле?
-Раз ты ее похитил, значит, тебе что-то от нас нужно. Я спрашиваю: что?
Из астрала насмешливо фыркнули.
-Ну, вот это уже деловой разговор, а то все оскорбления, оскорбления: Мне, знаете ли, позарез надо, чтобы вы расстроили эту свадьбу.
-Ксел, если ты не в курсе, - осторожно начал Гаури, все еще вертя головой, - то тут уже ничего не поделаешь! Весь город ждет не дождется свадьбы, невежливо как-то просто все взять и отменить:
-Гаури совершенно прав, - сухо подтвердил Зел. - Такие дела, как свадьба наследной принцессы с кондачка не решаются. Никаких шансов. А если тебе так уж приспичило, то почему бы тебе ни справиться своими силами?
-Химицу да.
Прежде чем тихое рычание Зелгадиса перешло в полноценный рык, голос торопливо добавил:
-Я с вами в переговоры вступать не собираюсь! Цена назначена, сделка совершилась! Пока не выполните условие, принцессу не получите!
Раздался короткий хлопок, после чего на задней лестнице воцарилась полная и окончательная тишина. Гаури и Зел переглянулись. После чего Гаури скрестил руки на груди и спросил:
-Ну, Зел, что будем делать?
-У меня в голове только один вариант, - мрачно произнес шаман. - Сидеть тут и ждать несколько лет. Им надоест искать принцессу, принца женят на другой, и все обо всем забудут.
-Не, несколько лет мы тут без еды не выдержим: - вздохнул Гаури. - К тому же, и Лина ждет:
-Так где она все-таки?
-А, она с Луной. Понимаешь, Луна:
Зел, однако, его не слушал. Остановившимися глазами он смотрел в каменную кладку стены, ибо в голове его с необыкновенной четкостью вспыхнул утренний разговор с Амелией. Она сказала, что собирается выйти замуж за принца соседнего королевства, чтобы укрепить политическую стабильность Сейруна, покачнувшуюся после бесславной гибели в порту флота, собранного аж несколькими королевствами и доверенного сейрунскому владыке. В гибели этой была замешана некая рыжеволосая колдунья и тройка ее приятелей, но такая мелочь, права же, не заслуживает внимания. А вот то, что заслуживает:
Зелгадис понял, что весь день его мозг подспудно был занят восстановлением в памяти политической обстановки в здешнем регионе. Говоря попросту, он пытался сообразить, что это могут быть за проблемы на самом высоком уровне, для улаживания которых потребовалось столь сильное средство, как, фактически, слияние двух государств - ведь нет сомнений, что муж Амелии, согласно местным традициям, станет в будущем сейрунским крон-принцем. И не находил. Все окружающие королевства были слишком слабы и не могли тягаться с Белым Городом не в силе оружия, ни во влиянии. Кроме одного:
Но вот это самое <одно> - королевство Мариона - не имело выхода к морю, а, следовательно, никакого касательства к инциденту с флотом иметь не могло. Однако:
Мариона славилась своей агрессивностью. Местные правители считали своим долгом присоединять войной ли, удачным ли миром, все новые и новые земли. Лет тринадцать назад ведущее влияние Сейруна затормозило их экспансию, но попыток они не оставили. Быть может сейчас, когда авторитет Филионела несколько пошатнулся, они предприняли рейд: и быть может, даже удачный:
Зел припомнил, что с месяц назад он что-то слышал о <пограничной стычке> на границе Сейруна и Марионы. Слышал, но не предал значения. Однако теперь все это предстало ему в новом свете. Может быть, это и не могло помочь в расстройстве брака, однако: однако, Шабранигдо раздери, оно делало его мотивы гораздо более понятными!
<Все-таки Амелия не такая дура, какой я ее считал, - с удивившей самого себя нежностью подумал Зел. - У девочки действительно не было другого выхода: А нам она сказать постеснялась. Осталось выяснить, что с этого имеет Кселлос>.
-..Вот почему она не смогла прийти, - довольный собой, закончил Гаури.
-Пошли! - Зелгадис ухватил друга за руку и целеустремленно потащил за собой.
-Слава Цефеиду! - обрадовался Гаури. - Ты все-таки передумал сидеть тут несколько лет!
Фил, которого они застали на той же табуреточке и в том же подавленном состоянии, на вопросы отвечал охотно. Из его рассказа Зелгадис понял, что оказался прав в своих предположениях. Мариона действительно шантажировала Сейрун, опираясь как на собственное возросшее военное превосходство, так и на тот факт, что политическое влияние Сейруна действительно в последние годы значительно понизилось - не только, впрочем, из-за инцидента флота, но в большой степени из-за тех пертурбаций, которые происходили в княжеской семье. Скажем, сбежавшая старшая сестра Амелии Грация была помолвлена с принцем Вириафа, убитый демонами (а все считали, что дядей) племянник Филионела Кристофер имел значительные деловые и денежный связи с крупнейшими торговыми корпорациями Тигла, и так далее, и так далее: И тут <кровиночка, деточка, солнышка> Амелия пошла на огромную жертву - объявила, что спасет королевство, выйдя замуж за принца Марионы. А вот теперь Амелию похитили, посольство Марионы прибывает завтра утром, а в обед уже должна состояться свадьба, так что как все обернется - совершенно непонятно. Ведь если король Марионы почует что-то неладное, то он немедленно разнесет весь город - говорят, что он очень сильный колдун, да и королева ему не уступает.
-Не бойтесь, Фил, у нас только Лина может города разносить! - Гаури легкомысленно попытался успокоить принца, вздернутого в воздух взбешенным Зелгадисом. - Глядишь, что-нибудь да останется!
-Как ты сказал? - Зелгадис отпустил принца, который тяжело осел обратно на стул, и удивленно уставился на мечника. - Говоришь, разносить города?..
-Да, а что? Лина постоянно этим занимается, да и ты:
-Пошли! - крикнул Зел, выбегая из комнаты. - У нас мало времени! Только до завтрашнего полудня!
-Что ты задумал?.. - крикнул Гаури, когда они сбегали по лестнице. - Что?
Вместо ответа Зелгадис закричал:
-Кселлос! Эй, ты, жизнь прекрасна!
-Прекрасна? - иронично прищурившись, спросил священник, возникая прямо перед ними в воздухе.
-Еще как прекрасна, - невесело улыбнулся Зел. - А теперь доставь нас обоих в Мариону.
-С чего это?
-С того, что мы выполняем твое условие.
-Эй, а что ты собрался де: - начал Гаури, и закончил фразу уже на центральной площади Марионы, ибо кселлосова рука в замшевой перчатке ухватила его за локоть, и мазоку вместе с обоими друзьями совершил перемещение, - лать?
-Разнести это место, - положительно, Зел покрыл рекорд мрачных улыбок в день. - Иди предупреди людей, пусть покинут город. Fire Ball!

Амелию разбудили солнечные лучи. Они проникали сквозь тонкую, надуваемую ветром занавеску, и казалось, будто это нежный утренний свет колышет ее. В комнате приторно пахло духами, зеленью и гнильцой - все апартаменты принцессы заполняли цветы, большей частью подвядшие, а то и откровенно несвежие.
<Сегодня моя свадьба, - без малейшей радости подумала она. - Интересно, как хоть мой жених по-настоящему выглядит?.. Скорей бы все закончилось:>
Да, Амелия шла на это ради справедливости. Однако даже осознание этого не приносило ей должного утешения и чувства глубокого удовлетворения.
<Я счастлива, - повторила она. - Я абсолютно счастлива. Жизнь прекрасна>.
Села на кровати, потянулась: и с тихим стоном схватилась за голову. Голова дико болела, в горле стоял тугой комок, желудок вообще, казалось, жил отдельной жизнью, считая ниже своего достоинства принимать во внимание потребности остального организма.
Если бы Амелия до этого хоть раз в жизни напивалась, она поняла, что это было похоже на похмелье. Но юная принцесса подобного опыта, увы, не имела.
<Нет, так не годиться, - твердо сказала она себе. - Я должна встать: Солнце светит вовсю: Интересно, почему меня до сих пор не разбудили?.. Я что, заснула прямо во время примерки платья?..>
Сжав зубы, девушка выбралась из постели. Потом она умудрилась разыскать одежду, почему-то оказавшуюся под кроватью и даже расчесаться (последнее потребовало особых усилий, потому что, как выяснилось, она заснула, не вытащив из волос украшения). В первый момент Амелия этого не заметила и чересчур сильно дернула расческу, отчего нитки порвались, и все жемчужины рассыпались по узорчатому мраморному полу.
Это было последней каплей. Амелия уселась на коврик около кровати и расплакалась. Никогда еще защитница справедливости не чувствовала себя такой несчастной и потерянной. Свадьба эта дурацкая: спор этот дурацкий: Зелгадис этот дурацкий: Еще и голова болит, и эти жемчуга: Их, между прочим, мама носила: [Не надо переоценивать горе Амелии. Ее мать, будучи кронпринцессой, хоть раз в жизни надевала все дворцовые драгоценности.]
Да, она пожертвовала собой ради спасения своей страны, как и положено настоящему светлому воителю. Она сделала все правильно, да и в любом случае ничего хорошего ей в этой жизни не светило, потому что ее самая главная, потайная мечта никак не могла бы сбыться. Однако отчего на душе так тоскливо?..
<От того, что, пока я не сделала самого последнего решающего шага, у меня оставалась надежда>. Сегодня в полдень надежда растворится, словно сахар в крепчайшем черном кофе.
Дверь открылась, и послышался короткий испуганно обрадованный вскрик.
-Ваше высочество, это вы?! Ваше высочество, где вы прятались?! Ах, как вы нас всех напугали! А сами-то, наверное, перепугались перед свадьбой, да? Эй, девочки, принцесса вернулась! Стража, стража, скажите принцу! Скажите всем!
-Вернулась? - Амелия удивленно хлопала глазами. - Я что, куда-то пропадала?
Но никто ее не слушал и никто не дал ей ответа. Ее тот час же кинулись вставлять в подвенечное платье, расчесывать ей волосы, украшать комнату: В общем, суета развернулась самое дикая. Кто-то орал, кто-то бегал, а большинство занимались и тем и другим. Город моментально облетел слух, что принцесса сбежала в страхе перед первой брачной ночью, но потом одумалась и вернулась. Горожане начали праздновать, не дожидаясь полудня, на площадь перед дворцом выкатили бочки с вином: В апартаменты принцессы забежал принц Филионел, облобызать дочь, однако его к ней не подпустили, потому что платье могло помяться. Пришлось им обменяться воздушными поцелуями на расстоянии.
Принц только слегка пожурил вернувшееся дитятко:
-А я ведь твоих друзей послал на твои поиски! Они до сих пор не вернулись! Так что, видно, опоздают на твою свадьбу. Зачем же ты так?
В первый момент у Амелии выхлестнулось из души возмущение - как так, потеряли ее в собственном же дворце! - однако в следующую секунду она снова чуть не разрыдалась. Значит, никого из Рубак не будет на ее свадьбе! На ее первой и единственной свадьбе: Пусть бы она предпочла, чтобы кое-кто из них присутствовал бы совсем в другом качестве:
Совсем в другом:
<Как я его люблю! - думала Амелия, безразлично следя за тем, как ее обряжают в шелка, кружева и обереги. - Я никогда не смогу сказать ему, потому что он пошлет меня подальше, и будет совершенно прав, - именно так, у принцессы был приступ откровенности с самой собой, - он больше всего дорожит своим одиночеством, возможностью быть самим собой! Что же он не поймет, что я всегда приму его - любого?.. Что я сделаю для него все, пусть он только скажет?.. Но он не скажет никогда. Боже, я скорее предпочла бы умереть, чем знать, что я замужем еще за кем-то: что он не имеет больше права называть меня идиоткой, и хмуриться, глядя на меня: Все-таки Лина была права: справедливость всегда где-то рядом, но никогда не здесь: Никогда:>
-Опаздываем, опаздываем! - носилась одна из фрейлин, та самая, седая, с пучком волос на затылке. - Скорее! Принц с родителями уже в храме!
<Я сойду с ума, - безразлично подумала Амелия. - Сойду с ума, и никакие добро и справедливость меня не защитят. А самое смешное, что мне все равно. Абсолютно все равно>.
-Пойдемте, пойдемте! - суетились фрейлины. - Ну же, принцесса, давайте!
Амелия пожала плечами и сделала шаг.
И: последовало ожидаемое. Она споткнулась.
-Н-да: - начальник почетного кортежа из дворцовых стражей почесал свой блистающий шлем. - Передайте принцу с родителями, что мы задержимся еще на полчаса.

Зелгадис с Гаури опаздывали к свадьбе на все мыслимые и немыслимые сроки. А все дело в том, что проспали. С разносом Марионы и перепрятыванием казны они покончили в рекордное время, но для этого пришлось здорово попахать. Так что когда Кселлос вернул их обратно во дворец, оба рухнули на диван в ближайших относительно незанятых покоях (я, как автор, сообщаю вам: за задернутым балдахином кровати занималась сексом какая-то парочка, но рубаки их не заметили), и продрыхли до часу дня. Влюбленные уже давным-давно проснулись и убрались занимать почетные места в храме перешагнув через свернувшегося клубочком на ковре Гаури и потеряв надежду выдернуть бюстгальтер дамы из-под сопящего на кресле Зелгадиса, а товарищи все отдавали должное усталости.
Наконец Гаури проснулся. Причина, почему он встал первым, была в высшей степени прозаичной: на ковре спать удобнее, чем сидя в кресле, потому и отдыхается лучше. Да и устал он все-таки поменьше - магия отнимает больше энергии, чем просто махание мечом.
Первым делом воин выглянул в окно, по установившейся привычке ища на небе солнце - надо же знать, сколько времени. Получившийся результат его не обрадовал, и он принялся тут же расталкивать друга.
-Зел, эй, Зел, вставай немедленно! Мы свадьбу проспали! Вставай и пошли быстро, меня Лина убьет, если я ей не расскажу, как все было!
Шаман вскочил еще до того, как Гаури закончил фразу. Вскочил и с недоумением, быстро переходящим в покраснение лица, уставился на лежащий под ним бюстгальтер.
-Это еще что такое?..
-Тебе виднее. Пошли быстрее, час дня на дворе!
-Блин!
Оба воина рванули наперегонки по обезлюдевшим дворцовым коридорам. Нигде не было видно живой души. Когда они пересекали такой же пустой дворцовый двор по направлению к святилищу, из-за стены были отчетливо слышны звуки большого народного праздника, можно даже сказать гулянья. В городе, судя по всему, веселье било ключом.
-Опоздали, - прошипел Зелгадис, но темпа не снизил. Есть все-таки маленькая вероятность, что Амелия все еще не успела выйти замуж за какого-то придурка, у которого даже королевство теперь в развалинах.
Едва они вбежали в храм, как он понял - все. Надежды нет. Там было полностью, абсолютно пусто. Гирлянды цветов, украшавшие стены, выглядели потрепанными, одна и вовсе болталась, сорванная. Сквозняк носил по гладкому полу лепестки цветов. У алтаря толстенькая бабенка, разнаряженная пышно и безвкусно, наскакивала на здоровенного мускулистого детину, а тот пригибался, мельтешил, и вообще, по всему, старался оказаться как можно дальше отсюда.
-Это ты виноват! Это ты не показал своего авторитета! Это ты их всех распугал! Это из-за тебя они разбежались! Сам подумай, за кого они могли принять такого милого, чудесного мальчика, у которого такой недотепа-отец!..
-Но дорогая:
-Молчи, дорогой! Я не позволю тебе губить жизнь нашего мальчика! Ты сейчас же пойдешь к принцу Филионелу, будешь извиняться и, не знаю как, но ты убедишь его, что мой сын совершенно на тебя не похож!
-Но политика, дорогая:
-Меня не колышет политика! Я - мать, а это выше любого политического звания!
<Часом, не пропавшая сестра Амелии? - мелькнула мысль у Зелгадиса. - Тоже повернутая, только в другую сторону: Да какая теперь разница:>
Зелгадису было очень паршиво. Собственно говоря, ему всегда было паршиво, и он привык находить в этом состоянии своеобразное удовольствие, но вот нынешняя паршивость качественно отличалась от всех предыдущих.
-Эй! - крикнул Гаури. - Эй, не объясните мне, что тут происходит?..
-Ах! - толстушка моментально перестала распекать мужа и двинулась к Гаури, источая мед буквально всей кожей. - Какой милый молодой человек! Что ж тут непонятного! Разумеется, вот этот вот здоровенный тупица, - не сулящий ничего хорошего взгляд в сторону покрывшегося холодным потом благоверного, - сорвал свадьбу моего милого сыночки, моего чудесного Джефри!
-Но я же ничего не:
-А ты поговори у меня, поговори!
-Мама, папа, я не понял, от меня что, сбежала невеста?..
Зелгадис и Гаури в ужасе уставились на существо, выбравшееся из-за алтаря. Один рукав белого камзола, в который оно было одето, оторвался, перо в берете облысело, но это полбеды: Это худосочное, анемичное, уродливое чудо: О нет, курсор мой не берется описать подобное отвратительное уродство, усугубленное, к тому же, тупым взглядом жвачного животного из-под низко нависших бровей! Решительно все в принце Джефри повергало в трепет. Если и рубаки дрогнули, чего же нужно ожидать от нервов не столь закаленных гостей! В какую истерику должна была повергнуться наивная Амелия, и еще более наивные придворные интриганы?!
-Да, сбежала, Джефри, деточка! - снова сменила тон и начала сюсюкать королева Марионы (тут бы уж только ежик не догадался бы, что это именно она). - И эти противные гости, и этот идиот крон-принц тоже сбежали! А все потому, что твой дурак-папаша, - еще более суровый взгляд в сторону совершенно уничтоженного уже короля Марионы, - так мрачно и недобро смотрел на них! Любой бы струсил!
-А я не струсил! - гордо заявил Джефри. - Мне все равно, как папа на меня смотрит!
-Да, Джефри, деточка, ты у меня всегда был самый храбрый, самый красивый, самый сильный!
-Ага! - Джефри, которому удалось все-таки подняться с четверенек, зашатался и упал под весом прицепленной на поясе шпаги.
Мамаша кинулась его поднимать.
-По-моему, ее муж совсем тут не при чем: - пробормотал Зел.
-Что?! - толстушка мгновенно оторвалась от своего обожаемого чада, и буквально налетела на Зела. - Тогда кто виноват, получается?! Мой ненаглядный сыночка, что ли?!
-Если хотите, то да, - Зел остался совершенно невозмутим под ее натиском.
-Ах ты:
Непонятно, откуда, то ли из-под юбки, то ли из какого другого места толстушка вытащила здоровенную секиру.
-Получай за моего милого сынулю, или бери свои слова обратно!
Зелгадис бестрепетно ждал, когда острое лезвие обрушится на его каменный лоб и отскочит, однако случилось неожиданное: меч Гаури принял на себя острие секиры.
-Зачем это? - хмуро спросил Зел. - Я сам вполне могу позаботиться о себе!
-Это центральный храм Сейруна, здесь твоя магия ослаблена! - крикнул Гаури. - И потом, у тебя есть дела поважнее!
-То есть?
-Немедленно беги следом за Амелией, пока она не наделала глупостей! А я пока задержу старушку!
-Ста-арушку?! Да как ты посмел, негодяй?! А выглядел таким приличным!..
-Я не негодяй! Я очень уважаю старость!
-Ах ты!!!
Они закружились по залу, обмениваясь ударами, причем Гаури старался не задеть свою противницу, она же никакими гуманистическими соображениями скованна не была и размахивала секирой по всему диаметру.
-Неизвестный воин, неизвестный воин! - скандировал король Марионы, исполняя какой-то сложный акробатический танец у алтаря. Принц Джефри следил за всем этим, засунув палец в рот.
Зелгадис вздохнул, отвернулся, и четко печатая шаг, направился к выходу.
Амелию стоило найти. С нее сталось бы, просто так, от нечего делать, сочетаться браком с первым встречным.

Несчастная принцесса, в оборванных останках подвенечного платья (вы можете представить, что случится с этой хрупкой конструкцией, если ее сперва обдует при полете встречным ветром, а потом в ней будут лезть по крутой тропе и продираться сквозь заросли?), сидела под кустом на вершине холма и плакала. Она сотни раз уже говорила себе, что плакать нельзя, ибо это против ее достоинства, что защитники добра и справедливости никогда не плачут, но: Но слезы мало обращали внимания на ее внутренний монолог, просто лились и лились.
Внизу лежал Сейрун, прекрасный, солнечный и холодный. Где-то там были и отец, небось, ищущий ее по всему дворцу, и Гаури с Зелом, занятые тем же, и: и, без сомнения, это ужасное, уродливое ничтожество, за которое она должна выйти замуж.
<Ну почему, почему все складывается именно так?! Почему торжеству добра и справедливости приходиться способствовать, делая такие ужасные вещи? Почему во имя правды я должна жертвовать столь многим?>:
Амелия грустно утерла слезы и всхлипнула. Все было прекрасно, пока они странствовали по дорогам Полуострова или даже Внешнего Мира, сражаясь с монстрами и время от времени рискуя жизнью. Она многому научилась, многое поняла: Но как случилось, что теперь, во имя высоких идеалов, должно сделать что-то действительно ужасное, действительно омерзительное?.. Как такое может быть?
<Неужели так оно все и бывает в жизни? Неужели борьба за счастье других может потребовать от тебя действительно большой жертвы?>
Амелия шмыгнула носом. Наверное, так все оно и происходит. Ты остаешься маленькой девочкой очень долго, а потом разом взрослеешь, и понимаешь, что трудиться придется по-настоящему, и страдать придется по-настоящему, и предавать, и жертвовать - тоже. Это и есть жизнь.
Что ж, назвался груздем - полезай в кузов. Сейчас она успокоится и вернется в город. Извинится перед женихом, попытается загладить вину перед его родителями. Нельзя допустить, чтобы Мариона вторглась в Сейрун теперь, когда остальные королевства легко могут ополчиться против него. Она: попытается что-нибудь сделать. Например, подберет принцу Джефри нормальный костюм и нормальную прическу. И потом: может быть, все не так ужасно, как ей привиделось на первый взгляд? Может быть, на самом деле он человек удивительных душевных достоинств и она сможет постепенно полюбить его: хотя бы немножко? А почему бы и нет: Ведь и Зелгадис поначалу показался ей <подозрительным типом.
-Может быть, я еще буду хоть немножко счастлива: - с тоской произнесла Амелия, глядя на любимый город. Ее сердце разрывалось на куски.
-Кхм: Я думаю, ты можешь быть еще очень, очень счастлива, Амелия. Тебе всего семнадцать лет, все еще впереди.
Амелия обернулась и порывисто вскочила, едва не запутавшись в обрывках платья.
-О, Зелгадис, это первый раз, когда вы сказали мне нечто подобное!
Он улыбнулся, на удивление тепло, но все же отстраненно, так отстраненно:
-А откуда такая тоска в твоем голосе? Ты совершенно на себя не похожа.
-Все потому: - теперь, когда Амелия смотрела на него, она не могла сдержать слез. Вот, казалось бы, уже надежно затолкала их в самую глубину, а все-таки высунулись, непрошенные, и теперь их никак не удержишь: - Все потому: О, Зелгадис, вы видели этого: этого принца? Этого: Джефри?!
-Полагаю, художник сильно ему польстил.
-Польстил?! Да он: да он: - Амелия плюхнулась на землю и зарыдала.
<Еще немного, и я наплачу тут целое озеро, - хмуро подумала она, - надо немедленно прекратить! Да еще и перед ним! Он же сейчас развернется и уйдет!.. Ну и пускай уходит, мне совершенно все равно!>
Зел, однако, не ушел. О

14:34 

Просто это забавно...

Kou Shuno
Пакастный мазоку
Кселл рулит! -_-


20:50 

Та-дам!!!

Ameliya
Спасибо, Ксина! Классный рассказ! Вот только без конца…может мне тоже написать что-нибудь? Какой-нибудь фанфик? Ждите, люди! Мой шедевр будет года через 3! :pozdr3:
ВОТ ТАКОЙ ДУРАЦКИЙ РАССКАЗ, ПРИДУМАЛА НЕ Я...
Нет, я не знаю способа превращения химеры в человека! - поднятый за ворот низенький колдун беспомощно трепыхался в воздухе. - Да отпусти ты меня, дуболом! Я задохнусь щас!
Гаурри выполнил просьбу буквально. Колдун шмякнулся на пол и заныл.
- Но разве вы не специализируетесь на химерах? - самым миролюбивым тоном поинтересовалась Лина, наклоняясь к кудлатому старику. Тот, пытаясь отползти, злобно оглядел компанию.
- Специализируюсь! Но способа обратного превращения просто не существует! А что касается вашего, - особенно яростный взгляд нашёл Зелгадиса, - то с этим доходягой и возиться нет смысла!
Зелгадис схватился за меч:
- Что значит "доходягой"?!
- Я не в смысле оскорбления! - заверещал колдун. - Это диагноз! С чего вы взяли, что у химер неограниченный срок годности!?
Лина нахмурилась:
- С этого места подробнее. Что ты имеешь в виду?
Поняв, что немедленная расправа ему не грозит, старикашка перевёл дух и, немедленно обретя высокомерный тон, начал объяснять:
- В создании химер, всё равно каких, не задействовано ни одного естественного процесса, наоборот, химера - самое неестественное из существующего. Я никого конкретно в виду не имел, - поспешил добавить он, заметив "добрый" взгляд Зелгадиса. - В общем, рано или поздно соединённые людским разумом части начинают отторгать друг друга, и это неизменно приводит к смерти всего организма. Что касается каменных химер… ваши части, если я не ошибаюсь, человек, голем и меньший демон, из них основа - человек…- профессиональное бормотание завораживало. - Промежуток жизни в этом теле - примерно пять лет… - Колдун ловко скользнул под руками Лины, сотворил Левитэйшн, подлетел к Зелгадису и быстро оттянул тому веки. - До отторжения осталось около месяца, - заключил он. - Я же говорю - доходяга.
- Что?! - в мгновение ока старик был схвачен и прижат к полу.
- Надеюсь, ты шутишь? - недобро спросила Лина.
- Какие шутки с этакой бандой?! Вы хотели ответ - вы его получили. Если он вам не нравится, это уже ваши проблемы.
- Ах ты!.. Но ты же можешь что-то сделать?
- Нет, не могу! - почти весело ответил колдун.
- Папаша, - сказала Лина, разминая пальцы, - а может, передумаешь?.. - День двадцать восьмой от последнего -
За столом таверны царило непривычно подавленное настроение. Рубаки старались не поднимать глаз друг на друга, а особенно - на Зелгадиса. Даже неунывающий Кселлос выглядел серьёзно. Видно, этот его вид окончательно добил Лину, поскольку обрушилась именно на него:
- Кселлос, ну хоть ты-то можешь что-нибудь предложить?!
- Договор с монстром, - внимательно изучая поверхность стола, ответил священник. - Единственная возможность продлить ему жизнь - Договор.
Вертикальные аметистовые глаза Кселлоса встретились с тёмно-голубыми глазами Зелгадиса. Химера ни на миг не усомнился, с каким именно монстром он может заключить Договор.
- Нет, - покачал он головой. - Я предпочитаю смерть.
"Но все равно спасибо, " - мысленно добавил он. Священник кивнул. Остальная часть компании непроизвольно вздохнула: от облегчения и от окончившегося вместе с отказом напряжения.
- Не спеши отказываться, - всё же посоветовал Кселлос. - Возможно, через месяц ты будишь думать иначе. - "Вообще-то, я сам в это не верю, но камень на всякий случай приготовлю".
- Чёрт, - вдарила Лина кулаком по столу, - какая жалость, что у этого колдунишки была только одна лаборатория!
- А ты уверена, что надо было творить Драгон Слэйв? - поинтересовался Гаурри.
- Н-да, наверно, я была не права… - протянула Лина. - Надо было творить ГИГА Слэйв!!
Рубаки приложились лбами об стол.
- А как же вероятная гибель мира? - робко спросила Сильфиль.
- Да пошёл он, этот мир! - волшебница порывалась вскочить и разгромить все вокруг.
- Не увлекайся, - осадил её Зелгадис, по обыкновению пригладив кулаком по макушке.
- Ай, - сказала Лина, потирая голову. - Ну, Зел, если бы ты не был…
x- Без пяти минут покойником?
- Кретин! Моим другом!
- А… извини, - смутился уже было приготовившийся к драке химера.
- Так что же мы все же будем делать? - спросила Амелия.
- Ничего, - ответил Зелгадис.
- День двадцать седьмой от последнего -
Лина не знала, что разбудило её так рано утром и заставило спуститься вниз, но была благодарна этому чему-то,
- Опять уходишь не попрощавшись? - бросила она химере в спину. Зелгадис резко обернулся:
- Лина? Как ты узнала?
- Никак. И куда же ты направляешься? - она старалась говорить ровно и холодно, но всё равно в её голосе звучала тоска.
- Я хочу узнать наверняка, сколько мне осталось и есть ли способ хоть что-нибудь сделать. - Химера накинул капюшон.
- А мы?
Он подошёл к ней и положил руки ей на плечи.
- Лина, ты же сама знаешь, как вам всем неловко в моём обществе. Вы обращаетесь со мной, как с обречённым, и не думай, что мне от этого легче.
Девушке хотелось опустить глаза, но взгляд Зелгадиса держал цепко.
- Я… Прости, мы больше не будем, - ничего лучшего не пришло ей в голову.
- Будете. И мы оба прекрасно это понимаем. Пожалуйста, отпусти меня, - в его голосе ей почудилась мольба, но лицо химеры, как обычно, было непроницаемо.
- Ты вернёшься?
- Не могу обещать.
- Придётся. А то я заору и подниму всех на ноги. - Она слабо улыбнулась. - Как тогда уйдёшь?
По голове химеры проползла капля.
- Хорошо, обещаю. Теперь отпустишь?
- Да. Только потому, что ты мой друг, и я понимаю, что ты чувствуешь.
- Спасибо, Лина, - перед тем, как отпустить её, он поцеловал её в лоб, и волшебница порадовалась, что, спускаясь вниз, не успела одеть повязку. Уже у двери, Зелгадис, оглянувшись, улыбнулся: - Ещё увидимся.
Дверь бесшумно закрылась. Лина, совершенно не замечая этого, вцепилась в столешницу так, что у неё побелели костяшки пальцев.
Чья-то рука заботливо обняла её за плечи. Каким-то образом Лина сразу поняла, кто это.
- Неужели он действительно умрёт, Кселлос?
- Боюсь, что так, Лина cан. - Священник мягко привлек её к себе. Девушка уткнулась лбом в его плечо. Глаза ее были сухи.
- А мне уж начинало казаться, что все мы бессмертны.
- Не все.
- Да.
Тишина накрыла обоих тяжёлым плащом.
- Думаешь, я была права, отпустив его? - спросила Лина.
- Это тайна, которую даже нам не дано узнать. Но я поступил бы также.
- А где же твоя вечная ирония?
- Не думаю, что она сильно помогла бы тут, Лина. Тебе особенно.
- Вот в такие моменты я жалею о текущей во мне крови монстра.
- Ты ничего не можешь изменить.
- Поэтому и жалею. А тебе не хотелось бы быть человеком?
- Я давно привык.
- Это не ответ.
- Я знаю.
- Когда Амелия узнает, что Зелгадис ушёл, а я его не остановила, она меня убьёт, - вздохнула Лина. Потом, подумав, добавила: - Ну и пусть убивает.
Кселлос усмехнулся. День четырнадцатый от последнего -
Лина медленно поглощала лежавшую на тарелке еду. Оказывается, обедать в одиночку вовсе не так хорошо, как может показаться. Конечно, никто не отнимает у тебя отбивные и не ест с твоей тарелки, но когда знаешь, что все твои друзья неизвестно насколько разбрелись, а один из них вообще на пороге неизбежной смерти… в общем, кусок в горло не лезет.
На стол упала тень.
- Занято, - буркнула Лина, поднимая взгляд из тарелки, и тут же чуть не поперхнулась. - Зел!
- Привет, - улыбнулся химера, садясь напротив неё.
- Зел, чего ж ты не предупредил?! Я бы устроила пир! Ну ничего, сейчас исправим… Папаша! Все меню четыре раза!
- Лина, я не голоден, - попытался отказаться Зелгадис.
Волшебница наградила его возмущённым взглядом:
- Мне что, тебя и накормить нельзя? Между прочим, мы же давно не виделись! Представляешь, все остальные меня нагло кинули! У Амелии "королевские дела" - чушь какая-то, но она, мерзавка, смылась в Сейрун. Гаурри - можешь себе вообразить! - получил письмо от отца, его просили срочно вернуться к семье. Ты когда-нибудь думал, что у Гаурри есть семья? Я - ни разу! Сильфиль, предательница, решила его сопровождать, а Кселлос и Фелия вообще исчезли без объяснений! Как по-твоему, не слишком ли часто они исчезают вместе, а, Зел? - Лина почувствовала, что выдохлась, и больше обычной дружеской болтовней от реальности не отделаться. - Ты не очень хорошо выглядишь, - тихо добавила она.
- Отторжение уже началось, - не громче неё объяснил химера. - Я понял это два дня назад и сразу решил вернуться.
- Сдержал, значит, обещание? - попыталась улыбнуться Лина. Зелгадис кивнул. - Ты… нашёл что-нибудь, что могло бы тебе помочь?
- Нет, - покачал головой химера. - Те оракулы, жрецы, маги, мудрецы и учёные, к которым я обращался за эти две недели, смогли посоветовать мне лишь одно: поскорее завершить все незавершённые дела.
- И ты так спокойно об этом говоришь?! - хлопнула кулаком об стол Лина. Лицо под капюшоном не выказало никаких эмоций. - Чёрт, не могу поверить… неужели тебе всё равно? Неужели ты хочешь умереть?
- Конечно, нет! - теперь кулаком по столу хлопнул химера (не думайте, что без ущерба для стола). - Конечно, мне не всё равно! Но подумай сама - что я могу поделать?
- Кселлос…
- Нет. Такие Договоры имеют обязательства с обеих сторон.
- Ах, ты имеешь что-то против монстров?! - вскочила Лина. - Какого тогда пришел ко МНЕ?
- Я не имею ничего… в смысле, имею, но не против тебя же! К тому же ты монстр только наполовину.
- Ну и что, это всё равно не повод меня оскорблять!.. - Вдруг осознав, насколько глупо себя ведёт, волшебница села и произнесла: - Извини, Зел. Ты пришел ко мне как к другу, а я тебя так встречаю…
- Ваш заказ, - прохрипел шатающийся официант, поднося громадное количество блюд.
- Я правда не голоден, - повторил Зелгадис и, посмотрев на малое, по сравнению с обычным, число тарелок перед девушкой, добавил: - Да и ты, похоже, тоже.
- Ну ПОЖА-АЛУЙСТА! - алые глаза с надеждой смотрели на химеру. Официанту чудом удавалось удерживать равновесие. Приняв во внимание эти два обстоятельства, Зелгадис сказал:
- Хорошо, я сдаюсь, - и не смог не улыбнуться, видя, как моментально расцвело лицо Лины.
-День восьмой от последнего -
- Ух ты, ярмарка! Зел, пошли-пошли-пошли! - вцепившись в руку химеры, девушка буквально потащила его по улице.
- Лин, ты ведёшь себя, как ребёнок, - Зелгадис смеялся под закрывавшей лицо тканью.
- Ребёнок? - Лина засмеялась в ответ. - По-моему меня легче принять за твою девушку.
- Нечасто девушки гуляют с химерами…
- Ой, да ладно тебе, к тому же ты так закрылся, что вообще не разберёшь, кто ты. Пошли быстрей на ярмарку! Ты же угостишь меня мороженым?
- Угощу, Лина тян.
- Не называй меня "Лина тян"! - возмущённый вопль не сочетался с игравшей на её лице улыбкой. - А то я начну называть тебя "Зел тян", и тогда все точно решат, что мы парочка.
- Да называй как тебе угодно, - химера с улыбкой посмотрел на смеявшуюся девушку. Несмотря на то, что с утра он чувствовал себя значительно хуже, Зелгадисом в этот день владело легкомысленное настроение. Вполне возможно, что он заразился им от Лины.
- Ты как? - внимательные глаза девушки, казалось, видели его мысли.
- Все нормально, не беспокойся.
- Точно? - она взяла его под руку, требовательно заглядывая ему в лицо.
- Точно.
- Тогда опусти ворот.
- Лина, вокруг столько народу…
- Ну опять ты! Обещаю испепелить любого, кто косо на тебя посмотрит.
- О Господи, - пробормотал Зелгадис, опуская таки ворот с лица. - Только не вздумай никого испепелять.
- Так уж и быть, только ради тебя, Зел…тян.
- Лина!
- Да? - невинным голосом спросила она. - Разве ты не сказал: "Как тебе угодно"?
- Зачем же ловить меня на слове!
- А как же иначе?
Продолжая шутливую перепалку, они смешались с ярмарочной толпой. На секунду, когда Зелгадис не видел, лицо Лины утратило весёлое выражение - но тут же вернуло его. "Я обещала его развлечь".
- День седьмой от последнего -
- О-ох, моя голова… - простонала Лина, осторожно удерживая упомянутую часть тела. - По мне словно ударили Драгон Слэйвом…
- По нам обоим, - откликнулся сидевший напротив в такой же позе Зелгадис.
- Теперь я вижу, что ты был прав: не стоило пробовать все вина подряд… - рыжая волшебница положила локти на стол, сверху них осторожно опустила голову.
- Жаль, что только теперь… - химера скопировал движение девушки.
- И что бы нам заказать на завтрак?..
- Рассол. И очень, очень много.
Лина было засмеялась, но тут же со стоном схватилась за голову.
- И во что я тебя, Зел, втянула…
- Да ладно тебе, - лениво возразил он. - Мне даже понравилось…
- Шутишь?
- Не совсем. Сегодня, конечно… Но вчера было довольно весело.
- Я очень рада, - девушка засияла улыбкой.
- Я даже почти не жалею, что вернулся.
- На всё-таки жалеешь, да? - Лина заметно погрустнела.
- Если бы я остался один, я не мучил бы тебя.
- Если бы ты остался один, ты мучил бы меня в два раза сильнее! Я бы проклинала себя за то, что тебя отпустила, искала бы тебя по всему континенту, не зная, где ты, жив ли ты вообще.
- Я не знал, что так дорог тебе, - Зелгадис растерянно посмотрел на волшебницу.
- Чего ты вообще знаешь, - махнула рукой Лина. - Да, ты мне дорог! Ты мой друг, об этом ты знал?
- Догадывался, - слабо улыбнулся химера.
- Догадывался он! Да я бы с ума сошла, останься ты сейчас без поддержки.
Маленькую ладонь волшебницы накрыла тяжёлая каменная рука.
- Спасибо, Лина, - улыбнулся ей Зелгадис.
Лина покраснела.
- День четвёртый от последнего -
В дверь осторожно постучали.
- Зел, ты там?
- Да. Входи.
Лина послушалась и, войдя и закрыв дверь, огляделась. Плащ и перевязь химеры свешивались со стула, меч был прислонен к стене, а сам Зелгадис лежал в постели.
- Ты что не встаёшь?
- Не могу.
Лицо Лины превратилось в маску боли.
- Зел, неужели?..
- Да.
Она пересекла комнату и подошла к кровати.
- Что именно случилось?
- Похоже, я парализован.
Лина быстро проверила его рефлексы - отсутствовали, как таковые. Кожа Зелгадиса на ощупь казалась более человеческой.
- Чёрт… - девушку пронзила догадка. - Тебе ведь и разговаривать, трудно, да? - Она с волнением взглянула в лицо химеры. Тот опустил веки в знак согласия.- А я, дура, тебя пытаю… Ладно, подожди, сейчас принесу тебе завтрак, а потом займусь переноской постели.
- Эй, ты что задумала?! - Зелгадис попытался приподняться, но в его положении это было, мягко говоря, сложно.
- Как - что? Переселяюсь в твою комнату, конечно.
- Зачем?!
- Тебе вредно разговаривать, помолчи. Что до вопроса - а как иначе, Зел? Ты, похоже, не можешь сам о себе позаботиться.
- Хорошо, тогда иди за завтраком, - Зелгадис внезапно потерял интерес к разговору, и Лина сочла это подозрительным:
- Зел, ты ничего от меня не скрываешь?
- Нет.
- Ну ладно…- Она всё-таки помедлила у двери. И правильно сделала. Химера стиснул зубы, и его тело выгнулось дугой от боли.
- Я же просил… уйди…- выдавил он.
Но Лина уже вновь была у его изголовья, на ходу творя исцеляющее заклятье. Зелгадису стало чуть легче, но только очень "чуть".
- Я уже… пытался, - тяжело дыша, едва слышно произнес он. - Почти… не действует. Сейчас… само пройдет.
Предсказание сбылось, через минуту припадок кончился. С ним кончилась и парализованность химеры.
- И давно это у тебя? - не предвещающим ничего хорошего голосом спросила Лина. Зелгадис, стараясь не смотреть ей в глаза, вяло ответил:
- Недели три…
Волшебница хлопнула себя по лбу и почти стёрла ладонью лицо.
- Сначала приступы были слабые и редкие, - продолжал химера, - но в последнее время они всё сильнее и чаще…
- И долго ты собирался скрывать?!
Ответ Зелгадиса был написан у него на лице. Лина впала в каплю.
- Да я же тебя убью!
- Не трудись.
- Заткнись ты!
По крайней мере, поел он самостоятельно: Лина не представляла, как бы она его кормила.
Волшебница переселилась-таки в комнату химеры, отлевитировав свою кровать к кровати Зелгадиса настолько близко, насколько позволяли приличия. Когда вечером её подопечный заснул, она долго лежала и с тоской смотрела на него, чувствуя себя маленькой и беспомощной и мечтая, чтобы хоть кто-нибудь ещё из её друзей оказался рядом. Даже Гаурри. Даже Амелия.
Ну почему она ничего не может сделать!..
- День предпоследний -
Закатные лучи потихоньку угасли, окно, в которое неотрывно смотрел Зелгадис, потемнело. Вот он проводил закат. А утром встречал рассвет. Рассвет был красивей заката. Химера встречал его несколько дней и, зная, что вскоре ему предстоит потерять и это, отчаянно цеплялся за него.
- Хотелось бы мне ещё раз увидеть рассвет, - тихо вздохнул он.
- Ты что-то сказал? - встрепенулась Лина, быстро наклоняясь к нему. Зелгадис взглянул ей в лицо.
- Я люблю тебя, Лина.
Она вздрогнула и выдавила улыбку.
- Я тоже люблю тебя. Мы все тебя любим, Зел.
- Я не в этом смысле, - досадливо поморщился химера. - Я люблю тебя не только как друга, но и как прекрасную добрую женщину.
- Прекрасную? Добрую? - один уголок рта девушки пополз вверх, хотя в целом она выглядела скорее готовой заплакать. - Ты меня ни с кем не путаешь?
- Давай хотя бы сейчас без обиняков.
- Прости, - Лина закрыла глаза. - Ты ведь не шутишь, да?
- Да
Лина открыла глаза.
- Я тоже люблю тебя - не как друга.
Он усмехнулся:
- Ты уверена, что это не жалость?
- Началось с жалости, - не стала отрицать волшебница. - Но теперь я действительно люблю тебя.
- Как бы мне хотелось поверить твоим словам… Что ж, откровенность за откровенность: моё чувство началось с благодарности.
- Пожалуйста, останься жить, - Зелгадису трудно было выносить молящий взгляд алых глаз.
- Каким образом?
- Ты знаешь.
- Кселлоса, как видишь, нигде нет.
- Появится, если позвать.
- Я не хочу.
- Ты всё-таки не хочешь жить, я была права в этом, - грустно заключила девушка. - Ты устал.
- Нет, но… может, я уже и в самом деле смирился.
Лина наклонилась еще больше и поцеловала его. К ее удивлению, Зелгадис ответил на поцелуй. Волшебница, не отрываясь от губ химеры, медленно перетекла со своей кровати на его тело. Её руки отбросили волосы с его лба (это действительно были волосы, а не привычная проволока, хотя и более жёсткие, чем человеческие), провели по скулам, спустились с лица на грудь, став более настойчивыми, затеребили рубашку Зелгадиса. Тот поймал её руки за запястья.
- Никаких подарков умирающему, - прервав поцелуй, строго сказал он.
- Но почему? - обиженно спросила она. - Я тоже этого хочу.
- Лин, это… неестественно…
- Что. В этом. Неестественного? - на каждой паузе она покрывала его лицо дразнящими поцелуями.
- Пожалуйста… не надо.
Она остановилась и с комком в горле произнесла:
- Боги, Зел… какой же ты идиот.
- Согласен, - вздохнул химера, отводя взгляд.
- Разрешишь хотя бы полежать с тобой?
- Конечно.
Она перекатилась с него на кровать, и он обнял её, прижав к себе.
- Я правда люблю тебя, - тихо сказал Зелгадис. - Поэтому не хочу ещё больше мучить. Я и так чувствую себя совершенной сволочью.
- Ничего ты не понимаешь, - также тихо ответила Лина, кладя голову ему на плечо. - Но я не буду тебе ни в чём возражать, потому что люблю тебя.
- Знаешь, по-моему, мне осталось несколько часов.
- Знаю. Я побуду здесь с тобой.
- Спасибо.
- Не за что. Это так же важно для меня, как и для тебя.
Свечка на столе горела ярко и ровно. Зелгадис гадал, переживёт ли он её или она его. Честно говоря, химера склонялся к последнему.
"Хотелось бы мне ещё раз увидеть рассвет, " - вновь подумал Зелгадис, погружаясь в полудрёму.
- День последний -
Когда химера очнулся, было уже далеко за полночь. Рядом, прижавшись у нему, с открытыми глазами лежала Лина.
- Не спишь?
- Нет. Не хочется.
- Отдохнула бы.
- Сказала же - не хочется, - она вздохнула. - Пытаешься так или иначе от меня избавиться?
- Немножко.
Они улыбнулись друг другу, потом Зелгадис перевёл взгляд на потолок.
"Тебе уже трижды предлагали Договор".
Химера посмотрел на Лину. Волшебница не реагировала, значит, голос слышал только он.
"Привет".
"Я сам однажды уже предложил. Предлагаю второй раз".
"Спасибо, но мой ответ не изменился".
"Так спешишь умереть? - Химере показалось, в мысленном голосе Кселлоса скользнули презрительные нотки, и через секунду он понял их причину: - Лина сан будет плакать".
"Нет. Не будет. Она сильная, я знаю, я же люблю её".
"Любишь и готов оставить? - с любопытством спросил монстр. - Считаешь, что она тебя не любит, или что?"
"Как это ни грустно, она меня любит. Надеюсь только, что это ненадолго, и кто-то заменит меня в её сердце".
"Почему-то это звучит как намёк".
"Намёк и есть".
Кселлос помолчал.
"Пожалуй, я согласен с Линой сан - ты идиот".
"Я этого и не отрицал".
"Но показывать так прямо было необязательно. Итак, ты собираешься умереть".
"Да".
"Эгоистично".
"Да".
"В таком случае, ты этого заслуживаешь".
"Да".
Кселлос мысленно вздохнул:
"Смело, Зел кун, смело. Просто руки опускаются. Ну что ж, не буду мешать".
Чужое присутствие исчезло.
- О чём задумался?
- Так, ни о чём особенном. Похоже, скоро рассвет.
- Да, похоже.
- Я люблю тебя. Ты меня простишь?
- Это твой выбор. В конце концов, это ты, а именно тебя я люблю.
Свеча на столе догорала. Тьма за окном постепенно рассеивалась. Лина забылась тревожным сном.
Когда первый рассветный луч проник в комнату, дыхание химеры прервалось. Лина тут же проснулась и приподнялась на кровати, освободившись от объятия бессильно упавшей холодеющей руки.
Зелгадис был мёртв. Подсознательно Лина понимала, что должна бы заплакать, но слёз не было. Протянув руку, она закрыла навек ставшие невидящими глаза.
05.10.2000



14:29 

Firia Metallium
фиолетовое и золотое
здрасте всем^_^
я скоро свой фанфик допишу и выложу вы непротив?

@музыка: give a reason

@настроение: великолепное

03:12 

Кселлос - таинственный священник
Вы же знаете - я МАЗОКУ...
Можно мне возыметь наглость и посоветовать всем класть фики под МОРЕ, просто для экономии места и пространства. Можно ведь оставить только заглавие, а все остальное скрывать )))
Не против?
Ах, да! Совсем забыл! Я теперь новый член вашего сообщества )))

19:57 

Тони рыжий и пушистый
.в любой непонятной ситуации дави и накатывай.
Плодимся и размножаемся? =)

14:56 

Голосуем!!!

Ameliya
Нус, здраствуйте всем!!!

Вопрос: Ваш любиый персонаж Рубак
1. Лина Инверс  37  (15.1%)
2. Гаури  18  (7.35%)
3. Амелия  9  (3.67%)
4. Зелгадис  68  (27.76%)
5. Кселлос  65  (26.53%)
6. Филия  9  (3.67%)
7. Фибрицио  3  (1.22%)
8. Вальгаав  16  (6.53%)
9. Резо  10  (4.08%)
10. другой кто-то  10  (4.08%)
Всего: 245
Всего проголосовало: 144
00:35 

Кселлос - таинственный священник
Вы же знаете - я МАЗОКУ...
Что-то ваше сообщество совсем захерело...
Чтож, хоть немного его оживлю ) Фик не мой, но смешной (отчасти)

ПОКЕР!



читать дальше


11:13 

Посильный вклад =)

Тони рыжий и пушистый
.в любой непонятной ситуации дави и накатывай.
И я присоединюсь =)
Фик мой, писалось в депре и для одного очень хорошего человека (для Резо, в общем).
Пейринг - Резо/Зелгадисс
Яоя тут нет и не будет, есть тоска, отчаяние и все такое...

ПРОЩАНИЕ

12:08 

Kou Shuno
Пакастный мазоку
С каждым днём я всё больше понимаю, что ещё далеко не всё знаю по Slayers...

19:24 

Приветик!!!

KSilDra
Я готов стать шарфом Его Светлости, если кто-то затянет петлю...(c)
Конитива!!! Я к вам! Можно?!

12:00 

Привет!!

Dilaila
Ласковый и нежный зверь
Вот и я теперь с вами! Принимаете? =)

17:33 

ХАЙ!!!!!!!

suzik
А мя принимаете?????????????очень хотелось бы

01:58 

Драсть всем!

Lorian
Leave before the lights come on 'cos than you don't have to see what you've done ©

12:22 

Приветствую!

Ши-сан
Раз уж солнцу вставать не лень, и для нас, значит, ерунда (с)


18:13 

Ши-сан
Раз уж солнцу вставать не лень, и для нас, значит, ерунда (с)
Какая прелесть)))))

19:55 

Даже если небо не за нас...

KSilDra
Я готов стать шарфом Его Светлости, если кто-то затянет петлю...(c)
Так просто... что-то получилось. Эскиз нарисован на бумаге, а расскрашено все это, естественно, в фотошопе.

@настроение: Жить можно

16:24 

Я к вам!!!

Origami Killer
No Pain No Muay Thai.
Да, Рубаки - это лучшее анимэ, которое я видела, ну по крайней мере для меня) люблю его даже больше Хельсинга) Хехе) Принимайте мну к вам)
Помните этот эпизод? Йа каталась)
У меня кстати вопрос? Сколько вообще томов Рубак, у меня их пока всего 11, почему-то остальные ищу долго, но найти не могу и вообще, сколько полнометражек еще ефть?))

18:43 

Приветствую!..

Dark Star
We Shepard or we Wrex, that's the plan.
Приветствую единомышленников! : )))
В подарок принесла вам свой фик:

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ
читать дальше

ИНФОРМАЦИЯ О ФАНФИКЕ
читать дальше

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
читать дальше

Предупреждаю - фик БОЛЬШОЙ! То есть 207 страниц в Ворде - это не шутки. Не шутки написать - и не шутки прочитать. Впрочем, два человека уже прочитали и уверяют, что им понравилось.
Если кто заинтересовался - точные указания, где фик лежит, можно найти на моем Дневнике.

Для затравки расскажу, что в фике Зелгадис соберется жениться (на ком - химицу дес, хотя, по-моему, этот химицу шит белыми нитками...), рубаки будут поступать в магический университет, Лину проклянут, Амелию похитят, в одного из героев вселится Лорд Шабранигдо (в кого именно - тоже химицу дес), ну и спасение Четырех Миров тоже ожидается, конечно...

Хочешь быть величайшей волшебницей? Родись Линой!
Хочешь быть величайшим воином? Родись Гаури!
Хочешь быть крутым, круче тучи? Родись Зелгадисом!
Хочешь быть борцом за справедливость и правосудие? Родись Амелией!
Хочешь быть могущественным существом? Родись Филией!
Хочешь быть героем? Родись Виконией!
Хочешь любви? Родись Мартиной!
Хочешь оттянуться и постебаться надо всеми?
…Родись Кселлосом…

Slayers круче!!!!!

главная